Братья Гракхи

​​Адам Смит против истории: что первично – экономическая свобода или экономический рост? В 1563 году английский парламент принял Закон о ремесленниках, регулировавший заработную плату, условия найма, ученичество и профессиональную мобильность. Он оставался основой английского трудового законодательства более двух столетий. В 1776 году Адам Смит подверг эти ограничения суровой критике. По его мнению, они препятствовали конкуренции и защищали интересы работодателей. Однако крупные английские предприятия возникали ещё до отмены старых ограничений. Возникает вопрос: экономическая свобода обеспечила развитие капитализма или сам экономический рост способствовал освобождению экономики? Истоки трудового законодательства восходят к Чёрной смерти XIV века. Сокращение населения вызвало нехватку работников и рост заработной платы. Уже в 1349 году королевская власть попыталась ограничить её повышение и принудить трудоспособных людей к работе. К середине XVI века проблема обострилась. Англия переживала революцию цен, а максимальная зарплата, установленная в 1514–1515 годах, перестала соответствовать экономическим условиям. Спад населения дополнительно сократил предложение труда. В 1552 году строительные ремесленники Йорка объявили забастовку, отказавшись работать по старым ставкам. Руководителей заключили в тюрьму. В Лондоне и Ковентри власти действовали осторожнее, разрешив повысить заработную плату. Интересы государства и городов различались. Центральная власть стремилась сохранить работников в сельском хозяйстве, тогда как города нуждались в ремесленниках. Закон 1405–1406 годов требовал, чтобы родители городских учеников имели земельный доход не менее 20 шиллингов в год, ограничивая переселение сельской бедноты. Контроль распространялся и на взрослых работников. В 1560 году власти Халла получили распоряжение принуждать трудоспособных людей моложе 60 лет к найму при отсутствии достаточных средств. Работникам запрещалось самовольно оставлять службу и переезжать между графствами без свидетельств. В январе 1562 года в Йорке 113 работников обвинили в получении чрезмерной заработной платы, а договоры 87 учеников признали недействительными из-за имущественного положения родителей. Закон 1563 года стал компромиссом. Он сохранил ограничения, но разрешил мировым судьям ежегодно устанавливать максимальные ставки заработной платы с учётом местных обстоятельств. Государство не отказалось от контроля, а приспособило его к экономическим изменениям. Спустя два столетия Смит особенно резко критиковал обязательное семилетнее ученичество. Он приводил показательный пример: каретный мастер не мог самостоятельно изготовлять колёса для своих карет, однако колёсник мог производить целые кареты, поскольку каретное производство возникло позднее принятия закона. Смит также отмечал, что работодатели могли добиваться законодательного ограничения заработной платы, тогда как объединения работников, требовавших её повышения, подвергались преследованию. Но насколько эффективно действовали эти ограничения? Манчестер и Бирмингем развивались вне традиционной системы городских корпораций. Новые производства не всегда подпадали под прежние правила. Даже в ремесленных городах ограничения нередко игнорировались во время экономического подъёма. Получался парадокс: законодательство сохранялось, но экономический рост сокращал пространство его применения. Действительно, экономическая свобода облегчала предпринимательство, однако расширение производства и конкуренция за работников сами подрывали прежние ограничения. Более того, в XIX веке возникло новое законодательство, регулировавшее фабричный труд, рабочий день и занятость детей. Государственный контроль менялся, но не исчезал, а рост продолжался. Следовательно, развитие капитализма имело более глубокие причины, чем свобода предпринимательства, хотя последняя и стимулировала его. Напротив, сама промышленная революция в Великобритании способствовала пересмотру старых ограничений. Братья Гракхи Гравюра: «Два подмастерья за ткацкими станками» – та самая система труда, которую критиковал Смит

​​Пузырь Компании Южных морей: как Исаак Ньютон потерял свои инвестиции   Военные успехи Англии и расширение её торговли, о которых мы говорили в предыдущем посте, оживляли финансовый рынок. Богатые англичане охотно вкладывали деньги в новые компании. Некоторые обещали «превращать солёную воду в пресную» или «завозить ослов из Испании для разведения новых пород». Но существовали и предприятия, внушавшие доверие опытным инвесторам.   Самой известной стала Компания Южных морей, основанная в 1711 году. После Войны за испанское наследство Англия добилась расширения торговли с испанскими колониями в Америке. Ожидались огромные прибыли, однако торговля приносила куда меньше денег, чем рассчитывали инвесторы. Основой деятельности компании стало обслуживание государственного долга.   К концу 1719 года государственный долг Великобритании составлял около 50 млн фунтов, из которых почти 12 млн приходилось на Компанию Южных морей. Для сравнения, Банк Англии и Ост-Индская компания вместе кредитовали государство на 6,6 млн. Фактически компания получала от правительства проценты и распределяла их между акционерами. Её положение казалось устойчивым, а акции приносили хорошую прибыль.   В 1720 году руководство компании предложило владельцам государственных долговых обязательств обменять их на собственные акции. Инвесторы отказывались от стабильного дохода ради ожидаемого роста котировок. Так начался спекулятивный ажиотаж: если в ноябре 1719 года акции стоили около 120 фунтов за 100 номинальных единиц, то летом 1720-го их цена приближалась к 950.   Среди акционеров оказался и Исаак Ньютон – великий физик и руководитель Королевского монетного двора. Впрочем, он не был оторванным от жизни учёным: давно занимался инвестициями и получал около 3,5 тыс. фунтов в год. Ещё с 1709 года Ньютон покупал акции Банка Англии, затем продал их с прибылью и увеличил вложения в Компанию Южных морей. К концу 1717 года он владел не менее чем 10 тысячами номинальных единиц её акций.   В апреле 1720 года, когда котировки выросли примерно до 350 фунтов, Ньютон, по-видимому, почуял неладное и начал продавать акции. Его прибыль могла превысить 20 тысяч фунтов. Вырученные деньги он вложил в государственные обязательства, приносившие стабильные 4–5% годовых. Казалось бы, прекрасное решение!   Но акции продолжали дорожать. Мы не знаем, что происходило в голове у великого учёного, однако 14 июня он за один день продал государственные обязательства номиналом 26 тысяч фунтов и, вероятно, вновь купил акции Компании Южных морей – уже примерно по 700 фунтов.   Что сделал Ньютон? Сначала продал акции по 350 фунтов, а затем купил почти вдвое дороже. По-видимому, мучимый мыслью об «упущенной прибыли», он решил, что поторопился с продажей.   Более того, в конце августа, когда котировки уже снижались, Ньютон подписался на приобретение акций общей стоимостью 5 тысяч фунтов. Компания предлагала рассрочку: первоначально он внёс тысячу, рассчитывая, что дальнейший рост курса оправдает затраты.   Однако вскоре распродажа превратилась в обвал. К концу сентября цена акций падала примерно до 200 фунтов, а к середине 1721 года вернулась к 120. Тысячи инвесторов понесли огромные убытки, хотя некоторые успели сколотить целые состояния. Сама компания не исчезла: к началу 1722 года она управляла более чем 80% британского государственного долга.   Ньютон тоже понёс огромные потери. По некоторым оценкам, они могли превышать 20 тысяч фунтов. Впрочем, он не разорился: к моменту смерти в 1727 году его состояние составляло около 30 тысяч фунтов.   Особенно примечательно, что Ньютон первоначально сумел вовремя выйти из спекуляций с огромной прибылью. Но наблюдение за дальнейшим ростом акций заставило его изменить решение. Даже способность вычислять движение небесных тел не гарантировала умения предсказывать поведение людей.   Братья Гракхи   Картина: «Пузырь Компании Южных морей», сцена на Биржевой аллее Лондона в 1720, художник Эдвард Мэтью Уорд

​​Становление английской торговой силы (ч. II): Война с Францией и приобретение Индии   В XVI–XVII веках Англия бросила вызов испанскому и нидерландскому морскому могуществу, заложив основы собственной торговой и колониальной империи.   Однако в XVIII столетии на место дряхлеющей Испании и богатых, но терявших превосходство Нидерландов пришла Франция Людовика XIV и XV. Крупнейшая военная держава Европы расширяла колонии в Америке, наращивала флот и развивала торговлю в Индии, обладая огромным перевесом в населении и сухопутной военной силе.   Англия стремилась сдержать французскую экспансию. В 1702 году она вступила в Войну за испанское наследство, опасаясь объединения ресурсов Франции и Испании, ограничения своей торговли и восстановления Стюартов.   В 1713 году Британия приобрела Гибралтар, Менорку и Акадию, закрепила права на территории Гудзонова залива и Ньюфаундленд. Испания предоставила англичанам право поставлять рабов в свои американские колонии и ежегодно отправлять туда одно торговое судно.   Расширялась мировая торговля. Возникали новые компании, а биржевые спекуляции приводили к кризисам, но рост продолжался. Новые войны теперь имели в основном торговые причины. В 1739 году началась война с Испанией из-за ограничений английской торговли. Война за австрийское наследство (1740–1748) стала удобным поводом для Англии расширить свою войну и выступить против Франции. Успехов война не имела, но показала экономические намерения Англии.   Гораздо важнее оказалась Семилетняя война (1756–1763). В Европе Англия поддержала Пруссию, сосредоточившись на борьбе с Францией в колониях. Причиной стали конфликты из-за расширения британских владений в Америке и торговое соперничество в Индии.   К 1763 году Британия одержала победу, получив Канаду, французские территории к востоку от Миссисипи (кроме Нового Орлеана) и испанскую Флориду. Одновременно она добилась господствующего положения в Индии. Французское колониальное могущество было серьёзно подорвано, а британское превосходство на морях укрепилось.   Особенно важную роль сыграла Индия. После смерти царя Аурангзеба в 1707 году империя Великих Моголов постепенно распадалась на фактически самостоятельные государства. Французская Ост-Индская компания использовала армию и дипломатию, поддерживая местных правителей в обмен на торговые и территориальные привилегии.   Однако в 1750-х годах англичане сумели сдержать наступление франко-индийских сил. Победы генералов Роберта Клайва и Стрингера Лоуренса сохранили британские позиции, а Семилетняя война завершилась поражением французов в борьбе за преобладание в Индии.   Англичане переняли методы противников, используя внутренние конфликты индийских государств. В 1757 году Клайв одержал победу над 50 тысячным франко-индийским войском, разбив французское доминирование в Индии. В1765 году Ост-Индская компания получила право сбора налогов в Бенгалии, Бихаре и Ориссе. Торговая компания превратилась в территориальную державу, пользуясь богатствами восточной Индии.   В Америке ситуация складывалась иначе. Военные победы Англии стоили дорого, и она пыталась покрывать их за счёт тринадцати колоний. Недовольство переросло в Войну за независимость (1775–1783), завершившуюся потерей тринадцати колоний. Однако это не уничтожило британскую торговлю в Америке: независимые Соединённые Штаты продолжали закупать английские товары.   Изменилась и география экспорта. Если в XVII веке важнейшими рынками были Франция, Португалия и Нидерланды, то к 1760 году около трети английского экспорта направлялось в колонии. Рост спроса стимулировал развитие мануфактур, создавая предпосылки для промышленной революции.   Таким образом, в XVIII столетии Англия выдержала борьбу с сильнейшей военной державой Европы. Потеряв американские колонии, она приобрела богатейшие территории Индии. Однако основой её могущества постепенно становились не сами колониальные владения, а способность снабжать мировые рынки собственными промышленными товарами.   Братья Гракхи   Картина: «Сражение в бухте Киберон» в 1759 г., символ английского морского превосходства

Продолжаем знакомство с политической историей США начала XX века. На этот раз предлагаем взглянуть на события прогрессистской эпохи глазами современников – через политические карикатуры, фотографии и агитационные материалы. 1. Малыши протекционизма (1905) Художник Джон Пью изобразил могущественные промышленные тресты беспомощными детьми, нуждающимися в государственной защите. Спикер Палаты представителей Джозеф Кэннон пытается убедить президента Рузвельта (1901–1909 гг.) не лишать их протекционистского покровительства. 2. Гонка за Белый дом (1912) Карикатура Клиффорда Берримена изображает президентскую гонку: демократ Вильсон верхом на осле устремляется к Белому дому, пока лось Рузвельта кусает республиканского слона Тафта. Наглядная иллюстрация раскола Республиканской партии, открывшего демократам дорогу к победе. 3. Женщины требуют права голоса (1913) 3 марта, накануне инаугурации Вудро Вильсона, Вашингтон стал свидетелем масштабного марша суфражисток. На фотографии видна процессия с требованием принять конституционную поправку, предоставляющую женщинам избирательные права. До её ратификации оставалось ещё семь лет. 4. Пикет у Белого дома (1917) «Господин президент, сколько ещё женщинам ждать свободы?» – вопрошает один из плакатов. Сторонницы женского избирательного права обращались непосредственно к Вильсону, напоминая о противоречии между провозглашаемыми демократическими принципами и существующими политическими ограничениями. Все изображения – из собрания Библиотеки Конгресса США. Братья Гракхи

​​Америка на пороге перемен В начале XX века США переживали период бурного экономического роста. Крупнейшие промышленные и железнодорожные корпорации сосредоточили в своих руках огромные капиталы и приобрели значительное политическое влияние. Одновременно в обществе росло недовольство коррупцией, монополиями и зависимостью государственных институтов от большого бизнеса. Ответом стало движение прогрессистов, социальной опорой которого выступал прежде всего средний класс. Его сторонники требовали расширения демократических прав, ограничения власти корпораций и усиления государственного контроля над экономикой. К 1912 году реформаторские идеи получили настолько широкую поддержку, что игнорировать их уже не могли ни демократы, ни республиканцы. Одним из наиболее известных сторонников реформ был республиканец Теодор Рузвельт, занимавший президентский пост в 1901–1909 годах. Ещё в годы своего правления он выступал за ограничение власти монополий и усиление государственного контроля над крупным бизнесом. Однако его преемник Уильям Тафт не оправдал ожиданий прогрессивного крыла партии. Разногласия постепенно переросли в открытый конфликт. В 1912 году Рузвельт покинул республиканцев и создал Прогрессивную партию. Реформаторские настроения распространялись и среди демократов, которые на президентских выборах 1912 года выдвинули своим кандидатом Вудро Вильсона. При общем стремлении к преобразованиям взгляды Т. Рузвельта и В. Вильсона существенно различались. Первый считал крупные корпорации закономерным результатом экономического развития и предлагал поставить их под надзор государства. Вильсон, напротив, настаивал на укреплении антимонопольного законодательства и восстановлении свободной конкуренции. Раскол республиканцев открыл Вильсону дорогу в Белый дом. На выборах 1912 года он завоевал 435 из 531 голоса выборщиков. Реформы затронули не только экономику, но и само политическое устройство страны. В 1913 году вступила в силу 17-я поправка к Конституции, установившая прямые выборы сенаторов. До этого их избирали законодательные собрания штатов, что нередко сопровождалось коррупционными скандалами и политическими тупиками. Изменения происходили даже внутри Конгресса. Ещё в 1910 году коалиция демократов и прогрессивных республиканцев выступила против спикера Палаты представителей Джозефа Кэннона, которого за огромные полномочия прозвали «царём». Он лишился председательства в Комитете по регламенту, через который прежде мог существенно влиять на прохождение законопроектов. В 1913 году была ратифицирована 16-я поправка, закрепившая право федеральной власти взимать подоходный налог. В следующем году появился антимонопольный закон Клейтона и была учреждена Федеральная торговая комиссия. Однако вступление США в Первую мировую войну в 1917 году изменило политическую атмосферу. Правительство Вильсона, ещё недавно проводившее демократические реформы, начало подавлять антивоенные выступления и преследовать противников мобилизации. Законы о шпионаже 1917 года и подстрекательстве к мятежу 1918 года позволили значительно расширить возможности государства по ограничению политической деятельности. Репрессии продолжились и после окончания войны. На фоне страха перед распространением большевизма в 1919–1920 годах страну охватили массовые аресты радикалов и социалистов. Тысячи людей были задержаны, сотни иностранцев депортированы. И всё же прогрессистская эпоха завершилась ещё одним важным достижением. В 1920 году была ратифицирована 19-я поправка, запретившая ограничивать избирательные права по признаку пола. Правда, дискриминационные законы отдельных штатов продолжали препятствовать голосованию многих афроамериканок и других представительниц меньшинств. К этому времени американское общество всё заметнее уставало от реформ и революционных потрясений. Стремление к переменам уступало место желанию стабильности и порядка. На президентских выборах 1920 года победили республиканцы, обещавшие стране возвращение к нормальной жизни. Начиналась новая политическая эпоха. Братья Гракхи Карикатура: Борьба Рузвельта с Тафтом на глазах дяди Сэма